Языковая личность и постсоветское пространство

Не будет преувеличением сказать: никогда еще в человеческой истории человек не был такой загадкой для самого себя, как в наши дни...
И.В.Василенко

"Лингвистический бум", которым ознаменовался конец XX ст., закономерно привел к пересмотру социокультурного контекста и условий формирования языковой личности. Доминирующим становится антропоцентрический подход к анализу языковых фактов. Центральными языковедческими проблемами стали "человек в языке и язык в человеке". Осмысление феномена человека потребовало осмысление феномена homo loquens – «человека говорящего».
Большой вклад в исследование проблемы языковой личности внесли: Й.Вейсгербер, А.А.Леонтьев, Н.Д.Арутюнова, М.Бубер, В.А.Маслова. В работах последнего времени общепризнанным стал тот конструкт языковой личности, который разрабатывается Ю.Н.Карауловым: «Структура языковой личности представляется состоящей из трех уровней: 1) вербально-семантического, предполагающего для носителя нормальное владение естественным языком...; 2) когнитивного, единицами которого являются понятия, идеи, концепты, складывающиеся у каждой языковой индивидуальности в более или менее упорядоченную, более или менее систематизированную «картину мира», отражающего иерархию ценностей...; 3) прагматического, включающего цели, мотивы, интересы, установки и интенциональности. Этот уровень обеспечивает в анализе языковой личности закономерный и обусловленный переход от оценок ее речевой деятельности к осмыслению реальной деятельности в мире». Под языковой личностью автор понимает человека, обладающего способностью создавать и воспринимать тексты, различающиеся: «а) степенью структурно-языковой сложности; б) глубиной и точностью отражения действительности; в) определенной целевой направленностью». Он справедливо отмечает также, что концепция трехуровневого устройства языковой личности определенным образом коррелирует с тремя типами коммуникативных потребностей (контактоустанавливающей, информационной и воздействующей) и тремя сторонами процесса общения (коммуникативной, интерактивной и перцептивной), подчеркивая при этом, что речь идет о коммуникативно-деятельностных потребностях личности.
Анализируя прагматический уровень языковой личности, Ю.Е.Прохоров выделяет: национально-детерминированные (при всей их межкультурной релевантности) принципы, конвенции, стратегии и правила общения. которые реализуются на базе прагматических пресуппозиций, включающих национально-определенный набор общих фоновых знаний, в том числе и представлений о контексте. Третьим вектором прагматического уровня можно считать национально-детерминированные ценностные характеристики прагматического контекста.
Многовекторность прагматической составляющей речевого общения естественно приводит исследователей к ее рассмотрению в пространственных параметрах. «Как известно, в процессе общения с помощью языка на первый план выступает субъект речевых действий, определяющий и очерчивающий некое прагматическое коммуникативное пространство. Прагматическим пространством языка образно назовем ту обширную зону, где язык фиксирует многообразные отношения говорящего к действительности, и пользующийся языком в процессе коммуникативной деятельности а) называет, б) указывает, в) выражает эти отношения, а адресат воспринимает и истолковывает эти смыслы» (Формановская).
Под коммуникативным пространством Ю.Е.Прохоров понимает совокупность сфер речевого общения, в которой определенная языковая личность может реализовать, в соответствии с принятыми в данном социуме языковыми, когнитивными и прагматическими правилами, необходимые потребности своего бытия.
Понятие языковой личности коррелирует с понятием личности как члена социальных структур, поэтому изменение социальной структуры общества приводит к изменениям личности языковой, лишает ее привычного средства самореализации и самопонимания. Резкое изменение коммуникативного пространства произошло после того, как в Беловежской пуще было заключено соглашение о распаде СССР, перестала существовать одна из величайших держав мира. Не касаясь ошибок и иллюзий социалистического строя, не перечисляя всех аспектов общественно-политической жизни, которые претерпели реорганизацию, мы бы хотели остановиться на изменениях языковой среды, на проблемах преподавания, функционирования русского языка и формирования языковой личности билингва в новых условиях.
Билингвизм, насильственно насаждаемый в царской России, после образования Советского Союза сменился более тонкой и разумной политикой, провозгласившей русский язык «вторым родным языком». Длительный период изучения языка (начиная с младших классов начальной школы, а иногда и с детсадовских групп) в сочетании с языковой средой, активизирующей приобретаемые навыки владения русской речью (большое количество русскоязычного населения, активные общественно-политические и культурные связи с Россией и пр.), способствовали высокому уровню владения русской речью большой частью населения Грузии (в первую очередь имеется в виду городское население).
«Новые условия» функционирования русского языка в сегодняшней Грузии – это, прежде всего, резкое сокращение русскоязычного населения, почти полное отсутствие языковой практики (кроме учебной деятельности в школе и вузе). Общение на русском языке, ранее охватывающее все стороны общественно-культурной жизни нашего народа, сосредоточилось в основном в сфере профессиональной. Круг людей, для которых доступны телевизионные передачи на русском языке и Интернет, довольно ограничен. К этому необходимо добавить, что язык средств массовой информации демонстрирует размывание и расшатывание норм на всех уровнях языка, засилье заимствованной и нецензурной лексики.
Система образования не смогла перестроиться, быстро приспособиться к изменившимся условиям. Русский язык уже давно превратился в иностранный язык, тем не менее обучение протекает по старым учебникам (или по так называемым «новым», в которых сохраняются старые приемы подачи материала, в качестве текстов предлагаются образцы русской классики, совершенно не воспринимаемые детьми, грамматика продолжает преподаваться ради грамматики. Количество бюджетных русских школ резко сократилось. Уровень обучения русскому языку снизился, его изучают и знают лишь на бытовом уровне. В условиях, когда большая часть научной литературы преподносится студентам на русском языке, это становится одной из причин низкого профессионального образования.
Сегодня мотивация изучения русского языка, безусловно, изменилась. Место абстрактного человеческого интереса, подкрепляемого соответствующей политикой государства, занял интерес утилитарный, профессиональный. Но это явление еще очень плохо осмыслено методистами и преподавателями, не сделаны педагогические выводы, которые воплотились бы в по-настоящему новые учебные комплексы, состоящие из учебников, рабочих тетрадей, словарей, книг для чтения, аудио и видеокассет, компьютерных обучающих программ, предназначенных для иноязычной аудитории.
Только изучение русского как иностранного на прочной базе уже сложившихся навыков устной и письменной родной речи может дать сегодня положительные результаты. И не только потому, что свободное владение родным языком облегчает процесс усвоения иностранного языка.
Необходимо помнить, что, усваивая язык, человек осознает себя как единицу социума, впитывает в себя привычные для данной лингвокультурной общности образы, представления, врастает в культуру, усваивает идеологию. Поэтому молодой человек должен состояться как личность, должен впитать в себя родную картину мира, выработать в себе родное языковое видение, прежде чем приступит к постижению иных языковых систем, иных картин мира, иных мировоззрений.
Известный русский философ Михаил Бахтин назвал русский язык«противоречивым разнообразием». Действительно, в языке существует множество кажущихся на первый взгляд несовместимыми аспектов. Грамматика и лингвистика фокусируются на отдельных языковых единицах, в то время как стилистика и практические занятия дают представление о применении всех составляющих языка на практике. Как в таком случае следует изучать русский язык? Существует один универсальный фактор, имеющий решающее значение. Язык, хотя и является постоянно изменяющимся организмом со множеством составляющих, имеет одно практическое предназначение: общение. Одним из самых спорных вопросов современной лингводидактики является вопрос о подаче культурологического материала. А.Л.Бердичевский обосновал культурообразующую концепцию обучения иностранным языкам, отметив, что в настоящее время наблюдается отход от абсолютизации коммуникативного подхода и чисто коммуникативной компетенции в качестве цели обучения. В специальной литературе даже стали говорить о посткоммуникативной фазе в методике преподавания иностранных языков. Знакомясь с культурологическим материалом, обучающиеся проходят этап аккультурации, который еще более высвечивает особенности и национальную специфику их родной культуры.
В качестве цели обучения выдвигается межкультурная (социальная) компетенция. Речь идет не о каком-либо новом методе обучения или дальнейшем усовершенствовании коммуникативной методики, а скорее о новой перспективе, которая должна пронизывать весь процесс обучения иностранному языку, и, прежде всего, русскому языку в новых условиях. Эта перспектива состоит в расширении целей обучения, состоящем в том, что результатом обучения иностранному языку должна быть не только и не столько коммуникативная компетенция, а сам процесс обучения иностранному языку должен превратиться в межкультурное обучение, в обучение пониманию чужого. Такое межкультурное обучение включает различные компоненты: языковой, исторический, эстетический, этический. Причем на современном этапе развития методики преподавания иностранных языков межкультурное обучение приобретает ярко выраженный диалогический характер, его идеальной формулой становится девиз: «Учиться, обучая». Учащиеся делятся на пары или группы представителей различных культур, которые и обучают друг друга своим культурам (современной системе обучения он известен как организованный диалог).
Необходима выработка единых норм тестирования учащейся молодежи (школьников и студентов) для эффективной работы с ними. Курс должен состоять из трех частей: элементарного вводного курса фонетики и лексики; базового курса и специального курса, учитывающего специализацию старшеклассника или студента.
Современная жизнь властно диктует свои требования: по-прежнему высок уровень выпускников средних школ, которые хотели бы продолжить обучение в российских вузах. Эта тенденция еще более усилилась, когда первый поток нашей молодежи, обучающейся в других зарубежных странах, вновь продемонстрировал высокий уровень образования, получаемого именно в российских вузах. Растет число выпускников наших местных вузов, для которых незнание русского языка становится фактором, мешающим получить престижную, высокооплачиваемую работу.
Не надо забывать и немаловажное обстоятельство, что времена билингвизма давно прошли. Замена русского языка английским (или любым другим европейским) языком не поможет нашей талантливой молодежи на всемирном рабочем рынке. Современный европеец - это человек, владеющий, как минимум, тремя языками: родным, региональным и одним из мировых языков. Именно в такой последовательности. Поэтому девизом современности должно стать не английский язык вместо русского, а английский вместе с русским на базе родного языка.

Литература:
1. Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. Москва. 2002.
2. Прохоров Ю.Е. Действительность. Текст. Дискурс. Москва. 2004.
3. Формановская Н.И. Коммуникативно-прагматические аспекты единиц общения. Москва. 1998.